Довоенная эмиграция из России
Русская эмиграция в Америке делится на две обособленных группы: довоенную (крестьянско-рабочую) и послевоенную (интеллигентско-военную и привилегированную). Первая эмиграция почти сплошь (92%) состояла из чернорабочих, землеробов и фабрично-заводских рабочих. Крестьяне составляли главную массу чернорабочих в Америке. Фабрично-заводские рабочие по большей части были из политической эмиграции.
Русские чернорабочие, расползаясь по городам, обычно селились там, где были дешевле квартиры и пищевые припасы - в нижних частях. Так, в Нью-Йорке, впитавшем в себя значительную часть этих эмигрантов, чернорабочие селились на улицах Черри, Генри и Мэдисон. Когда автомобили вытеснили конюшни, русские люди перебрались повыше, на улицы Брум, Ридж, Хаустон, Деленси, приблизительно до парка на 7 улице, между авеню "А" и "Б". Значительная часть осталась на прежних местах, где даже американская цивилизация не коснулась их. Они и теперь выглядят как "зеленые", не имеющие никакого понятия об окружающих условиях жизни. До них не доходили русские организации и газеты. Только коренная перестройка этой части Нью-Йорка разорит их жилые гнезда. Чернорабочие знают торные дороги к многочисленным кабакам да в потогонные мастерские. На каждом углу было по кабаку. Кабаки и задерживали рост и развитие русских, среди которых была половина безграмотных. В крошечных и тесных квартирах в 2-3 комнаты были 8-10 человек. Спали группами на одной кровати или на полу. Там не прекращались карточная игра и попойка. Работали по ночам, а день проводили в игре в карты.Вместо столов были пивные бочонки. Стульями служили ящики, выброшенные из лавок. Злословие и ругань висели в воздухе. Частые скандалы заканчивались арестами и штрафами. Были случаи загадочных убийств. Тут обосновалось доподлинное дно русской эмиграции в Нью-Йорке. Русские чернорабочие брались за тяжелые земляные работы, уходили по временам в шахты и в леса. Попадали они туда через итальянских и еврейских агентов. Конторы по найму работы страшно обирали "гринеров" и загоняли в настоящее рабство - шпионаж.
Лучшая часть русской эмиграции попадала в портняжную индустрию. Значительная часть минчан шла туда. Они устраивались в мастерских евреев (ландсманов-земляков). В то время профессиональное движение среди американских рабочих только что стало широко развиваться. В портняжной индустрии имелись свои специальности: закройщики, портные, гладильщики, "финишеры", заканчивающие работу. Работали поштучно и дешево. Каждый "спец", чтобы побольше заработать, нанимал за маленькую плату себе помощников. В мастерских таким образом появилось много самостоятельных работодателей, эксплуатировавших "зеленых".
Один минский мужик скоро понял эту "механику" и, ставши "прессмэном" - гладильщиком, набрал себе помощников из земляков. Скоро минский мужик открыл первую русскую мастерскую, где работали его односельчане. В 1907 году в Нью-Йорке уже имелось несколько таких мастерских, которые группировались в Бронзвилле, части Бруклина, где русские постепенно вытеснили еврейских предпринимателей - своих прежних хозяев. Во время мировой войны среди русских насчитывалось до 4.500 портных.
Русские крестьяне уходили из больших городов на фермы, в леса, в шахты. С течением времени в разных штатах образовались русские колонии. В Южной и Северной Дакотах и в окрестных штатах осело около 60 тысяч землеробов, в Калифорнии, Фресно Каунти - уезде их вместе с русско-немецкими поселенцами в 1910 году было до 120.000 человек. В Питтсбурге и в соседних уездах осели русские староверы в количестве 4.000 человек. Значительная часть русских (не сектантов) эмигрантов в Америке из крестьян чуть ли не в один день перелицевались в рабочих - в чернорабочих, в шахтеров, стале-литейщиков и в городскую прислугу. Тысячи их рассыпались по индустриальным центрам Соединенных Штатов и Канады. Большие русские колонии образовались в Гэри, Инд., в Спрингфилде, Масс., Бриджпорте, Конн., Гартфорде, Ионкерсе, в Монтане на медных рудниках и во всех крупных городах. Всюду теперь слышатся русская речь, русские песни и встречаются славянские лица. Теперь можно всюду по Америке путешествовать с одним русским языком. Русские появились на многих железнодорожных линиях. И всюду успевают. Стали вполне квалифицированными рабочими, не уступающими ни в чем другим своим товарищам.
Русские крестьяне и рабочие в Америке в 1912 году распределялись по своим занятиям следующим образом:
1.3% - свободные профессии,
7.7% - ремесленники и специалисты,
71.5% - чернорабочие,
3.4% - домашняя работа,
2.1% - случайные мелкие работы,
14% - (в том числе подростки) остались без работы.
В 1938 году эти данные имели уже совсем другой характер:
2% - свободные профессии,
35% - ремесленники и специалисты,
26% - чернорабочие и фермеры,
6% - имеют свои предприятия.
Других сведений нет.
Русские, учась у американцев, начали стремиться в крупные города и повышать свою квалификацию и заработную плату. На земле остались немногие, по преимуществу сектанты. Промышленные центры значительно подняли трудоспособность и опыт русско-американских рабочих, могущих теперь делать все, что вырабатывается в Соединенных Штатах, которые в 1936 году на международном рынке оценивались до 300 биллионов долларов. В то время, как полунищая Россия выбрасывала своих работников, богатая Америка подбирала их, учила и давала работу. Здесь русские эмигранты становились квалифицированными рабочими во всех отраслях труда и промышленности. А это - великое приобретение для людей труда и энергии. Хорошим доводом успеха в области труда служат сравнительные таблицы заработной платы:
Русский чернорабочий до войны получал дома 15 рублей в месяц. В Америке - 60-80 рублей. Русский каменщик и столяр дома получал 50 рублей в месяц. В Америке - 150-200 руб. Русский шахтер получал 50 руб. в месяц, в Америке - 200-300 руб. Кроме того в России рабочие часы длиннее, чем в Соединенных Штатах или в Канаде. Заработная плата в 1909-1910 г. для русских была низкая, в среднем, не выше 2 долларов 6 центов в день, меньше, чем платилось другим иммигрантам в Америке. Если русские дети жили и работали с родителями, то им платили еще меньше, в среднем, по 1 доллару 98 центов в день, или на 35 центов меньше, чем детям других иммиграций. Русских детей в те годы было немного, так как эмиграция оказалась самой молодой. Заработная плата постепенно увеличивалась, особенно после того, как русские начали примыкать к американскому профессиональному движению и входить в рабочие юнионы. Так, в 1920 году в Питтсбурге им в среднем платили по 30 долларов в неделю при 8-часовом рабочем дне. В швейной индустрии они получали 25-45 долларов в неделю. Вскоре после войны русские рабочие начали получать одинаковую зарплату с прочими рабочими: по 5-9 долларов в день в автомобильной, в строительной, сталелитейной и в других крупных промышленностях. В настоящее время русские рабочие во всем уравнены с другими и считаются хорошими знатоками и умелыми работниками.
Большинство русских эмигрантов прибывали в Америку из юго-западного края. Русское правительство за 1890-1907 годы дает следующую статистику этой эмиграции по губерням:
Из Полтавской губернии ушло 13.540 эмигрантов,
из Черниговской - 12.170,
из Могилевской - 8.726,
из Витебской - 7.021,
из Курской - 6.827,
из Воронежской - 6.436,
из Харьковской - 5.962,
из Тамбовской - 5.760,
из Киевской - 5.549,
из Орловской - 5.538.
Подавляющее же большинство русских эмигрантов выбыло из Минской, Ковенской, Гродненской, Каменец-Подольской, Волынской и Виленской губерний. Почти все они не учтены, так как "украли границу". Из этих шести губерний выбыло в 1914 году свыше 300 тысяч русских эмигрантов. Там имелись деревни, положительно опустошенные многолюдной эмиграцией. Много русских эмигрантов выехало в Америку из Польши и Латвии через Либаву и Германию.
По данным русского правительства, эти эмигранты в 1907 году распределились по следующим странам:
В США эмигрировали 109.727 человек,
в Канаду - 273,
в Бразилию - 88,
в Африку - 92,
в Аргентину - 5.621.
Русское правительство сделало крупные ошибки и совершенно не знало истинного положения русской эмиграции. Между тем в Соединенных Штатах живут сотни тысяч русских эмигрантов. Они основательно осели, обзавелись семьями, женились не только на славянках, но и на итальянках, на венгерках, на американках. Огромный процент из них американизировался. Русские стали русскими американцами, работающими повсюду и на всех поприщах. Русские Майки (Михаилы), Джоны (Иваны) и Мэри из крестьян превратились в рабочих - в шахтеров, в сталелитейщиков, окономойзиков, дровосеков, механиков, электротехников, ткачей или портных. Вместо простора полей - заводские трубы и корпуса. Вместо собственного земельного хозяйства - "боссы" (хозяева). Но русский дух в них еще живет. Они - не чистокровные пролетарии: 50% пролетариатства и 50% землеробства. Не переварились окончательно в американском индустриальном котле, хотя он и кипящий, беспощадный и убийственный. Иваны не стали настоящими Джонами. Марии еще не превратились в заправских Мэри. 10-15 летняя работа на американской фабрике равна 30-40 летней работе на русском заводе. Русско-американский рабочий остался по своей психологии и языку русским. Он приехал в Америку русским, таким и сойдет здесь в могилу. Русский язык, русская песня, среда, мечты о русских девушках, о родных в России, о полях - все это стихийно разлито по всей русской эмиграции, где бы она ни была: в грязной ли части Филадельфии, среди Скалистых гор или в дебрях Перу.